Клубок трикотажной моды

С 16 марта по 14 августа 2011 года в бельгийском музее моды MoMu, расположенном в городе Антверпене, проходит выставка под названием «Распутать нить. Трикотаж в моде». На выставке рассказывается о развитии трикотажного производства за последние несколько веков. Особый упор сделан на предметах одежды и аксессуарах Haute couture и их интерпретации в моде на каждый день.

С «Распутать нить. Трикотаж в моде» музей MoMu представляет выставку того, что всем нам хорошо известно, – трикотажа. Здесь можно увидеть известные модели из коллекций таких марок и дизайнеров, как Ann Salens, Vivienne Westwood, Sonia Rykiel, Missoni, Schiaparelli, Patou, Chanel, Sandra Backlund, Maison Martin Margiela, Mark Fast, – работы признанных мастеров прошлого соседствуют с авангардными решениями дизайнеров наших дней. Это сделано для того, чтобы лучше показать многогранность использования трикотажа в моде. Особый акцент сделан на творчестве известного бельгийского стилиста 1970-х годов Эн Саленс (Ann Salens), ей посвящены инсталляции современных дизайнеров по трикотажу, работающих в Анвере (родном городе Энн Саленс).

Кроме этого, выставка рассказывает не только о модных тенденциях с подиума, но и о роли трикотажа в обществе, его развитии, повышении комфорта ношения, элегантности и заботы о здоровье человека. Выставка подготовлена музеем моды MoMu и компанией Woolmark и позволяет избавиться от предубеждения, что трикотаж выходит из моды или не элегантен. Изделия из трикотажных полотен можно носить по самому разному поводу – для роскошных вечеринок и на каждый день. Тематика разделов выставки затрагивает различные роли трикотажа в (р)эволюции общества и моды, а также его ассоциации с понятиями комфорта, хорошего самочувствия и элегантности.

В разработке сценографии экспозиции музей работал с партнерами из мира трикотажа. Создатель так называемых Phat Knits (больших дизайнерских предметов из трикотажа) Бок Кноттнерус (Bauke Knottnerus) из Роттердама придумал несколько новых и уникальных изделий, которые сшило трикотажное ателье из Восточной Фландрии Cousy. Это одно из последних семейных ателье в Бельгии, по-прежнему активно работающее в индустрии моды. Нитки предоставил итальянский производитель Zegna, представленный Woolmark. Кроме работ Бока Кноттнеруса здесь можно найти большие трикотажные поверхности, сделанные Cousy. Рядом с входом в музей расположена инсталляция из шерстяных конусов, предоставленных из архива ателье. Эти конусы являются не чем иным, как остатками шерсти, с которыми раньше работали бельгийские стилисты. Они символизируют связи между различными актерами бельгийской моды и индустрией трикотажа.

Выставочное пространство поделено на несколько секторов. В одном из первых выражается признательность модельеру Анн Саленс. Бельгийский город Анвер обладает званием столицы моды, но его связь с трикотажем относительно мало известна. В качестве введения в выставку MoMu представляет инсталляции трех стилистов из этого города, которые работают с трикотажем. Инсталляции задуманы как дань уважения к Ann Salens, анверскому дизайнеру с международной славой, ставшей известной в 1970-е годы своими яркими вязаными платьями, напоминающими оперение райских птиц. Саленс работала на ручной машине для вязания. Ее платья облегали фигуру, а цветовое решение было выполнено в стиле «деграде» (смягчение тонов).

Трудно сказать, когда вязание в полной мере распространилось по всей Европе, но в XVI веке трикотажные штаны (предшественники того, что сейчас мы называем чулками) постепенно стали заменять изделиями из тканей, поэтому можно сказать, что к тому времени существовала уже долгая история домашнего производства трикотажных изделий. В 1598 году англичанин Уильям Ли (William Lee) придумал станок для вязания с ручным приводом, который в последующие два века очень широко использовался, особенно для вязания чулок. Другие виды одежды – шапочки, перчатки, юбки и иногда пальто – также вязались на машине, но реже. В XVII–XVIII вв. станки Ли были улучшены для получения узоров, ажура и вплетения ниток других цветов. В конце XVIII – начале XIX веков появился новый тип станка – круговая вязальная машина. На протяжении всего XIX века машины постоянно совершенствовали для получения трикотажа со сложным узором.

Благодаря этим техническим инновациям стало возможным получать более-менее дорогой трикотаж, а также сделать его модным и более доступным. У ручного и машинного трикотажа был свой рынок. Шелк и шерсть долгое время занимали место самых используемых материалов, к ним в XVIII веке добавился хлопок. В конце XIX века появился искусственный шелк, а открытие нейлона в 1938 году американской компанией Du Pont de Nemours стало началом выпуска и других синтетических волокон.

Эластичность трикотажа сделала его удобным и приятным материалом, идеальным для производства нижнего белья и ночной одежды. Шапочки для дома и ночи безупречного кроя, украшенные вышивкой или ажурным плетением, долгое время защищали от холода и сквозняков. Кроме этого, часто прибегали к хлопковым нитям, простым в стирке и, следовательно, более гигиеничным. Белье из хлопка стало невероятно популярным во второй половине XIX века. Тогда, например, выпускали корсажи из трикотажного хлопчатобумажного полотна хлопка с квадратным и глубоким декольте, с или без рукавов, украшенные кружевами по краям. Такие корсажи занимали большое место в женском белье. И хотя в то время уже существовало трикотажное белье из шерсти, например в форме юбок, его настоятельно рекомендовал носить в конце XIX века немецкий врач Гюстав Джагер (Gustave Jaeger). Он считал, что очень полезно носить шерсть на голое тело – в виде ночной рубашки, корсажа, брюк или комбинации.

Трикотажное белье прежде всего функционально. В XX веке появились новые формы белья и ночной одежды из трикотажа – пижамы, домашние платья, как из хлопка, шерсти, так и из шелка или смеси этих материалов.

Движение в защиту гигиены, зародившееся в начале XX века, сопровождается новой модой, отвечающей на тенденции эпохи и создаваемой чаще всего из «живого» материала – трикотажа. Такие полотна повторяют форму тела и позволяют коже дышать. Трикотаж как в тонких трикотажных полотнах, так и в массивной вязке становится очень популярным и широко используется в спортивной одежде. «Новая эмансипированная женщина» занимается спортом, играет в теннис, гольф, охотится, ездит на лыжах. Ее гардероб отчасти многое заимствует из мужской спортивной одежды, но вносит женственные черты. Такие модельеры, как Жан Пату (Jean Patou) и Габриэль Шанель (Gabrielle Chanel), становятся в авангарде, соединив спортивные трикотажные полотна и современные тенденции кроя, создав одежду для эмансипированной женщины. Союз моды и спорта стал с того времени неразрывным.

Стилист-выпускник Королевской академии в Анвере Анжело Фигус (Angelo Figus) в 2004 году работал художественным директором и аналитиком fashion-тенденций на итальянской выставке Pitti Filati. В 2006 году он создал «Супермаркет стиля» с целью показать мир, в котором все вещи связаны в буквально смысле. Он придумал трикотажные версии различных статусных вещей – сумок Hermиs, Louis Vuitton и Chanel, обуви Louboutin и плащей Burberry, а также дизайнерских стульев Rietveld, еще трикотажные фрукты, овощи и цветы. Выбор Фигусом трикотажа отражает многогранность этого материала: с трикотажем можно работать, как с искусством, наукой, восхищаться ручной работой. Каждый этап производства (выбор нитей, узоров, машин) ведет к новому результату, поэтому трикотаж показывает личное видение модельером моды.

В последние годы появление новых способов работы на машинах привели к интересным результатам в плане формы. Изделие становится скульптурным и архитектурным. Опыты в 3D, к примеру, Сандры Бэклунд (Sandra Backlund), компании Maison Martin Margiela и молодых талантов иллюстрирует этот тренд. Дизайнеры Kevin Kramp и Romain создали впечатляющие силуэты, которые будто нарушают законы гравитации (ведь трикотаж должен провисать под своим весом, а у них все наоборот). У молодых дизайнеров можно наблюдать возвращение к натуральным материалам, почти примитивным, вязанию с толстыми иглами. Такая работа с трикотажем невозможно без глубоких знаний о нем, поэтому массивный изделия из трикотажа зачастую являются плодами мощных технических усилий со стороны дизайнера.

Поговорим о двойках – двойном комплекте из кардигана и джемпера из одинаковой шерсти. Изначально двойки, или twinset на английском, были образованы из двух довольно разных видов одежды: женского нижнего белья и мужской спортивной одежды. Мифический статус двойки приобрели параллельно с обретением женщиной нового социального статуса в первой половине XX века. Верхняя мужская одежда для тенниса и гольфа из жилета и трикотажной рубашки была использована женщинами в начале XX века в своем гардеробе. В то время женщины впервые проникли в спортивные клубы, до этого момента исключительно мужскую территорию. Несмотря на то, что такой наряд мало элегантен, женщины пытались придать ему женственности, выбирая новые цветовые решения и более тонкие материалы, поэтому твинсет стал удобным, будто белье.

После войны компании-производители люксового трикотажа, как Pringle of Scotland, стали продвигать двойки, как любимую вещь голливудских звезд. Среди прочих двойку носили Грейс Келли. В моде появился особый термин для описания красоток – sweater girls («девочки в свитерах»). Эти компании способствовали тому, что твинсет стал мифической гиперженственно вещью, которой все хотели обладать. С 50-х годов, двойки стали незаменимым элементом гламура.

С 1920-х годов трикотаж занимает важное место в западноевропейской моде. Время между двух мировых войн – это время социального, политического и экономического освобождения женщины. Это время появления «новой женщины», которая ведет более свободный и активный, нежели ее мать, образ жизни и может позволить себе соответствующий гардероб. Ажиотаж вокруг элегантных трикотажных вещей, связанных вручную или на станке, охватывает все социальные слои. Трикотаж в 1920–30-е годы стал одной из главной вещей в гардеробе. Этому способствовали и работы модельеров – Эльзы Скиапарелли (Elsa Schiaparelli) и Жана Пату (Jean Patou).

В 1920-е трикотаж стал символом многочисленных перемен в обществе. Стремление к свободе и независимости, а также более спортивный образ жизни привели к появлению изделий из нежного джерси, свитеров и костюмов из трикотажа, которые женщины с элегантностью носили. Хотя Габриэль Шанель и не была первой, кто стал использовать джерси для дневных платьев, она первой объединила спортивную одежду и Haute couture, придумав в 1917 году блузки из шелкового джерси. С 1920-х годов трикотаж стал широко использоваться модельерами в платьях на каждый день и для вечера.

Как и 1920-е, 1960-е годы стали временем больших социальных перемен, от которых не укрылся и мир моды. Новое поколение лондонских модельеров восстали против диктатуры стиля, навязываемого парижскими кутюрье. На смену Haute couture для элиты приходит более демократичная и яркая мода, в том числе длина мини мини. Молодые женщины стали носить облегающие платья из джерси. Можно сказать, что противозачаточные таблетки, изобретенные в том время, привели к тому, что женщины стали полностью владеть своим телом и вязать платья для себя.

В эту группу входят четыре страны, которые с давних времен поддерживают особенную связь с трикотажем, или в которых стилисты создают уникальный трикотаж, оказывающий влияние на общемировую моду.

¦ На родине трикотажа – во Франции – произошло много (р)эволюций трикотажа. Модельеры Жан Пату и Габриэль Шанель сблизили спортивный трикотаж и прет-а-порте и даже Haute couture. Намеки на свитера-обманки Эльзы Скиапарелли до сих пор можно найти в коллекциях современных дизайнеров. Инновации модельера Сони Рикель (Sonia Rykiel) в 1960-е годы позволили создать образ «свободной парижанки». Футуристический трикотаж Андре Курреджеса (Andrй Courrйges) долгое время воплощал видение будущего.

В 1980-е годы Аззедин Алайя (Azzedine Alaia) стал «королем облегающих платьев» со своими очень женственными нарядами из джерси, стягивающими тело. До сих пор, трикотаж используется различными французскими домами мод. История трикотажа во французской моде – это и есть сама история.

¦ У Великобритании есть несколько причин считать себя трикотажной колыбелью мира, потому что история этой страны прочно увязана с индустрией трикотажа. И в самом деле, британская индустрия шерсти до сих пор является одной из главных в Европе. Кроме того, англичанин Ульям Ли придумал станок для вязания. Наконец, эта страна дала индустриальную революцию. После промышленной революции и протестов против механизации процесса ручного труда от группы Luddites (так называемые «ломщики машин») профессия трикотажника вновь была облагорожена движением Arts and Crafts Уильяма Морриса (William Morris). Эта реабилитация до сих пор позволяет сохранять уважение к ручному труду и времени, затраченному на работу.

Современные дома мод побритански смешивают традиционные элементы из своей истории и эксцентричность. Смешение прошлого и будущего, а также классики и панка часто можно встретить в британской трикотажной моде.

¦ Уже с 1980-х годов японские модельеры кардинальным образом изменили работу с трикотажем в моде. Чтобы это понять, стоит лишь вспомнить «кружевные свитера», связанные в 1982 году модельером Рей Кавакубо (Rei Kawakubo для Comme des Garзons), проект APOC модельера Исси Мияке (Issey Miyake) (A Piece of Cloth «Кусок полотна» – это проект, в котором бесшовная одежда кроилась из круглых трикотажных полотен), опыты с формой Йоджи Ямамото (Yohji Yamamoto) в 1990-е и деконструкция и эксперименты с формой Джунии Ватанабе (Junya Watanabe). Япония уникальна в плане работы с трикотажными формами, технологиями и материалами.

¦ Италия является основным производителем трикотажных нитей и полотен для мира Haute couture. Опыт, накопленные знания, креативный талант и предпринимательская жилка, причем все это вместе взятое, передающееся по наследству, сделало эти семейные компании известными во всем мире. Такие регионы, как Венеция, Умбрия и Капри, стали настоящими промышленными центрами люксового трикотажа.

Современный трикотаж часто не обладает формой, а принимает ту форму, которую облегает, – тела человека. В последние годы появилось много различных техник. Rei Kawakubo называет свой свитер «кружевным» и показывает, что дырки в нем являются не результатом выдергивания ниток, а скорее процесса кропотливого ручного труда, как и с коклюшками для кружев. Работа канадца Марка Фаста (Mark Fast), ставшая успешной в последние годы благодаря тонкому сетчатому трикотажу, тоже приближается к технике работы с коклюшками. Эта одежда часто считается бесформенной, элегантным бельем, чувственно смотрящимся на теле.

Еще в моде есть стиль, вобравший в себя много от панков, – это трикотаж с многочисленными нерегулярными дырками. Егоиспользовали Maison Martin Margiela, Raf Simons и Jurgi Persoons. Несколько лет назад американская марка Rodarte сделала look destroy ключевым в своих коллекциях. У датского дизайнера Iben Huj в силуэтах видна деконструкция и хрупкость, показывающие, что линия, разделяющая так называемый бесформенный трикотаж и кружева, иногда довольно незаметна.